Дронова О.Б., Третьяков А.А. и др. Периферическая электрогастроэнтерография в диагностике ГЭРБ. Пособие для врачей / - М.: ИД "МЕДПРАКТИКА-М". 2011. - 32 с.

Популярно о болезнях ЖКТ Лекарства при болезнях ЖКТ Если лечение не помогает Адреса клиник

Авторы: Дронова О.Б. / Третьяков А.А. / Каган И.И. / Щетинин А.Ф.



Открыть в новом окне (формат pdf - 1,67 МБ)

Периферическая компьютерная электрогастроэнтерография в диагностике гастроэзофагеальной рефлюксной болезни

О.Б. Дронова, А.А. Третьяков, И.И. Каган, А.Ф. Щетинин

Пособие для врачей


ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Основные cведения о макромикроскопической и эндоскопической анатомии пищеводно-желудочного перехода

Физиология пищеводно-желудочного перехода

Периферическая компьютерная электрогастроэнтерография в диагностике гастроэзофагеальной рефлюксной болезни

А. Методика проведения периферической компьютерной электрогастроэнтерографии

Б. Клиническое применение периферической компьютерной электрогастроэнтерографии

Итоговая характеристика электрогастроэнтерограмм в зависимости от степени эзофагита

Заключение

Рекомендуемая литература


ВВЕДЕНИЕ

Гастроэзофагеальную рефлюксную болезнь (ГЭРБ) называют болезнью XXI века, так как она имеет тенденцию к распространению (Т.Л. Лапина, 2002; Д.С. Бордин, С. Бор, Ю.В. Васильев, 2008) и утяжелению течения (А.В. Калинин, 2004). В Японии распространенность ГЭРБ составляет 17,0%, в США – 30,0%, в Бельгии – 43,3%, а в России – до 60,0%. Среди лиц, страдающих ГЭРБ в России, эзофагит имеют 45,0–80,0%, из них – 10,0–35,0% – тяжелой степени (В.Т. Ивашкин, А.С. Трухманов, 2003; А.С. Трухманов, 2004)

От 20 до 50% взрослого населения испытывают изжогу, что свидетельствует о высокой распространённости ГЭРБ, но этот диагноз не исключается при частоте изжоги менее двух раз в неделю, если изжога негативно влияет на качество жизни (E. Dimenas, Т.Л. Лапина, 2002; И.В. Маев с соавт., 2003). Российские исследования, проведенные в рамках программы ВОЗ МОNICA (Мониторинг заболеваемости и смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и уровней факторов риска) в Новосибирске (С.А. Курилович, О.В. Решетников, 1999), показали, что изжогу испытывают 61,7% мужчин и 63,6% женщин, причем, соответственно 10,3 и 15,1% из них часто или постоянно (И.В. Маев, 2002). У больных с нелеченым рефлюкс-эзофагитом качество жизни ниже, чем у больных с дуоденальной язвой, стенокардией, сердечной недостаточностью или артериальной гипертензией (Е. Dimenas, Т.Л. Лапина, 2002; И.В. Маев с соавт., 2003). Среди лиц, страдающих ГЭРБ в России, эзофагит имеют 45–80%, из них 65–90% – легкой степени, а 10–35% – тяжелой степени, что составляет 5 случаев на 100000 населения в год (В.Т. Ивашкин, А.С. Трухманов, 2003; А.С. Трухманов, 2004). Особенно снижается качество жизни при наличии ночных рефлюксов (В.Т. Ивашкин, А.С. Трухманов, 2003).

По данным международных исследований симптомы ГЭРБ наблюдаются у 40–50% всего взрослого населения. Морфологические изменения слизистой оболочки пищевода выявляются у 12–16% лиц, которым проводились эндоскопические исследования. Частота рефлюкс-эзофагита, как наиболее клинически значимого симптома, в среднем составляет 3–4% в популяции, при эндоскопическом исследовании выявляется у 6–12% лиц (И.В. Маев, 2002).

Значение ГЭРБ определяется не только ее распространённостью, но и утяжелением течения. За последние 10 лет в 2–3 раза чаще стали наблюдаться тяжелые рефлюкс-эзофагиты (А.В. Калинин, 2004).

ГЭРБ может протекать под маской заболеваний: бронхиальной астмы, стенокардии, хронического бронхита, пневмонии, ларингита, стоматита и др. Это затрудняет диагностику ГЭРБ.

По данным клиники пропедевтики внутренних болезней, гастроэнтерологии, гепатологии ММА им. И.М. Сеченова в четверти случаев присоединение гастроэзофагеального рефлюкса (ГЭР) может ухудшить течение бронхиальной астмы (Т.В. Рощина, 2002; А.С. Трухманов, 2004). ГЭРБ участвует в патогенезе хронических обструктивных болезней легких – одной из основных проблем инвалидизации и смертности в стране (В.Т. Ивашкин, А.С. Трухманов, 2003).

Гастроэзофагеальный рефлюкс выявляется у 39–90% больных бронхиальной астмой, предрасполагая к её более тяжелому течению. Бронхолёгочные проявления могут выступать единственным клиническим признаком ГЭРБ и обусловливать недостаточно эффективное лечение бронхиальной астмы (А.С. Трухманов, 2004).

Ряд авторов указывает на трудности, возникающие при проведении дифференциальной диагностики ГЭРБ с сердечно-сосудистой патологией (О.П. Алексеева, 2001; В.Т. Ивашкин с соавт., 2003).

Актуальность изучения ГЭРБ определяется не только широкой распространённостью этого заболевания, но и теми тяжкими осложнениями, которые возникают при этой болезни: язвенным эзофагитом с периодическими кровотечениями или стенозированием органа, формированием пищевода Барретта, который относится к предраковым состояниям (В.А. Кубышкин, В.С. Корняк, 1999).

Стриктуры пищевода при ГЭРБ формируются в 7–23%. Кровотечение при эрозивно-язвенном поражении пищевода возникает у 2% пациентов среди лиц старше 80 лет. По данным А.С. Трухманова (2004), эрозии и язвы пищевода в 31% случаев были причиной кровотечения среди пациентов после операций. Эти осложнения В.Т. Ивашкиным и А.С. Трухмановым (2003) рассматриваются как неадекватность консервативной терапии.

Наиболее грозным осложнением ГЭРБ является пищевод Барретта (ПБ). Распространенность ПБ среди лиц с эзофагитом в среднем приближается к 8% (от 5 до 30%). При ПБ риск развития аденокарциномы пищевода повышается в десятки раз: до 800 случаев на 100000 населения в год (В.Т. Ивашкин, А.С. Трухманов, 2000). Причем, ПБ в 30% случаев протекает бессимптомно (А.С. Трухманов, 2002), а по данным D. Armstrong, A.L. Blum, M. Savary, (1992) около 25–40% пациентов с ПБ не имеют типичных симптомов ГЭРБ, а 30% не имеют симптомов даже при провокационном тесте Бернштейна. Значительное количество пациентов с ПБ не обследуются эндоскопически или обследуются поздно при появлении признаков озлокачествления. У большинства больных клиническая картина при развитии ПБ не отличается от ГЭРБ (Э.А. Годжелло, Ю.И. Галлингер, 2001). Если ранее (до 1970 г.) соотношение плоскоклеточного рака к железистому раку пищевода составляло 9 : 1, то в настоящее время в этом соотношении увеличилась доля аденокарциномы – 8 : 2; ежегодно выявляется 6–8 случаев аденокарциномы на 100000 населения. Аденокарцинома развивается у 0,5% больных с ПБ при низкой степени дисплазии эпителия и у 6% при дисплазии высокой степени (А.С. Трухманов, 2004). А по некоторым данным количество аденокарциномы пищевода с 1970 года в среднем увеличилось с 3% до 50% (А.С. Трухманов, 2002).

Пищевод Барретта отмечается не только у взрослых в 8–20% (А.Ф. Черноусов, Д.В. Ручкин, А.Ю. Семенов, 2001), но и у детей в 7–13% случаев с рефлюкс-эзофагитом (Е. Cooper et al., 1987). С-Х.М. Байтаев с соавт. (2001) указывают на развитие ПБ в 20,5% случаев у детей с ГЭРБ. Распространённость ПБ по данным аутопсии оказывается в 16 раз выше частоты клинически диагностированных (A.J. Cameron 1995), а частота развития аденокарциномы при ПБ возрастает в 30–125 раз (R.C. Haggil, 1986; A.J. Cameron, T.R. DeMeester S.E. Attwood et al., 1990).

Всё выше перечисленное обусловливает актуальность изучения ГЭРБ (С.И. Рапопорт с соавт., 2000; Т.Л. Лапина, И.В. Маев, 2002, В.Т. Ивашкин с соавт., 2003; А.А. Шептулин, В.А. Киприанис, 2006), что обусловлено рядом факторов: возникновением у практически здоровых лиц некоторых симптомов, которые присутствуют и при ГЭРБ – забросы желудочного или дуоденального содержимого (А.В. Калинин, 2004) или, напротив, отсутствием клинических симптомов и морфологических признаков эзофагита при достаточно продолжительном закислении дистального отдела пищевода (С.А. Курилович, О.В. Решетников, 1999), а также отсутствием параллелизма между воспалительными изменениями слизистой пищевода и выраженностью симптомов ГЭРБ (И.В. Маев с соавт., 2003).

ГЭРБ в настоящее время – нозологическая форма, которая в 1999 году введена в Международную классификацию болезней 10-го пересмотра. История ее развития давняя. Некоторые симптомы ее, такие как изжога и отрыжка, упоминаются еще в трудах Авиценны. Считается, что первое сообщение о тяжелом эзофагите принадлежит Hunter (1786), а Elsaesser только в 1846 предположил, что описанные им изменения связаны с воздействием желудочного сока на пищевод. Конец ХIХ века отмечен большим интересом к функции пищеводно-желудочного перехода. В 1871 году анатом Braun обнаружил на трупе на границе пищевода и желудка складку слизистой, играющую роль вентильного клапана и предотвращающую поступление жидкости из желудка в пищевод. А.П. Губарев в 1886 году доказал вентильное значение этой складки (plica cardiaca), которую и назвали его именем. В том же веке определена роль и величина пищеводно-желудочной вырезки, или угла Гиса, в запирательной функции кардии.

В России первым описал эзофагит В.С. Розенберг в 1892 году. В последующем все чаще возникновение эзофагита связывали с патологическим забросом желудочного содержимого в пищевод. Постепенно накапливались симптомы, клинические проявления эзофагита, но ГЭРБ не рассматривалась как клиническая проблема, а её связывали с грыжей пищеводного отверстия диафрагмы (ГПОД). Поэтому устранение грыжи ушиванием диафрагмальных ножек считали возможным способом устранения симптомов рефлюкса-эзофагита.

В середине ХХ века английский хирург P.R. Allison (1956) обратил внимание на то, что в основе развития ГПОД лежит не анатомический дефект, а физиологический – несостоятельность кардии.

В 50 годы ХХ столетия, кроме влияния анатомических факторов, стали говорить о роли нижнего пищеводного сфинктера (НПС) в развитии ГЭРБ.

Во многих существующих определениях ГЭРБ ведущая роль отводится функциональным факторам:

гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь – это хроническое заболевание, обусловленное нарушением эвакуаторной функции гастроэзофагеальной зоны и характеризующееся спонтанным или регулярно повторяющимся забрасыванием в пищевод желудочного или дуоденального содержимого, что приводит к повреждению дистального отдела пищевода (классификация ВОЗ);

гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь – полисимптомное заболевание, обусловленное повреждением пищевода и смежных органов, вследствие первичного нарушения двигательной функции пищевода, ослабления антирефлюксного барьера, снижения пищеводного клиренса и опорожнения желудка, которые ведут к длительному спонтанному контакту слизистой пищевода с кислым или щелочным желудочным содержимым (IV Всемирная гастронеделя, Берлин 1995 год);

гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь – это хроническое заболевание, обусловленное периодическими забросами желудочного и/ или кишечного содержимого в пищевод, приводящее к развитию рефлюкс-эзофагита либо протекающее без него, сопровождающееся, изжогой, возникающей более одного раза в неделю в течение 6 месяцев и характерными внепищеводными клиническими проявлениями (В.Б. Гриневич с соавт., 2001);

гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь – это хроническое рецидивирующее заболевание, обусловленное спонтанным или регулярно повторяющимся забросом в пищевод желудочного и/или дуоденального содержимого, приводящим к повреждению дистального отдела пищевода и появлению характерных симптомов (изжога, ретростернальные боли, дисфагия (А.В. Калинин, 2004).

В настоящее время ГЭРБ – самостоятельное полиэтиологическое заболевание, в развитии которого играют роль и анатомические, и функциональные факторы.


ОСНОВНЫЕ СВЕДЕНИЯ О МАКРОМИКРОСКОПИЧЕСКОЙ И ЭНДОСКОПИЧЕСКОЙ АНАТОМИИ ПИЩЕВОДНО-ЖЕЛУДОЧНОГО ПЕРЕХОДА

Пищевод представляет из себя полый орган, расположенный между глоткой и желудком, предназначенный для прохождения пищи.

Пищеводно-желудочный переход (рис. 1) – переходная зона от пищевода, как органа в анатомическом понимании, к желудку, куда входят нижний пищеводный сфинктер и прилежащие к нему дистальный отдел пищевода и проксимальная часть желудка (Л.Л. Колесников, 2000).

Рис. 1. Пищеводно-желудочный переход (по F. Netter): 1 – продольные мышцы пищевода; 2 – циркулярные мышцы пищевода; 3 – диафрагма; 4 – кардиальная вырезка

Рис. 1. Пищеводно-желудочный переход (по F. Netter): 1 – продольные мышцы пищевода; 2 – циркулярные мышцы пищевода; 3 – диафрагма; 4 – кардиальная вырезка

Нижний пищеводный сфинктер (сфинктер ЛЕРХЕ) – утолщение мышечной оболочки брюшной части пищевода, расположенное в пределах его кардиального сужения и сформированное циркулярным мышечным слоем его и косыми волокнами мышечной оболочки желудка (В.Ф. Байтингер, 1994).

Розетка кардии соответствует пищеводно-желудочному сфинктеру, суженная часть пищевода, расположена примерно на уровне пищеводного отверстия диафрагмы и служит переходной зоной от трубчатого пищевода к мешотчатому желудку (З. Маржатка, Б.К. Поддубный, Е.Д. Федоров, 1996). Эндоскопически – это конусообразное, эластическое, ритмично функционирующее сужение и образующее из складок слизистой “розетку”.

Z-линия – зубчатая линия, это эндоскопически определяемая, переходная линия между бледно-розовой или жемчужно-белой частями слизистой оболочки пищевода из многослойного плоского эпителия в более красную слизистую желудка, состоящую из цилиндрического эпителия.

Существуют различные мнения на соотношение Z-линии и розетки кардии. Э.А. Годжелло, Ю.И. Галлингер (2001), Б.К. Поддубный, Ю.П. Кувшинов, О.А. Маликова (2002) считают, что пищевод в норме должен быть на всем протяжении выстлан многослойным плоским эпителием. По мнению Р.А. Testoni (1997) Z-линия может располагаться выше розетки кардии.

В результате исследования 70 макропрепаратов пищеводно-желудочного перехода умерших от заболеваний, не связанных с желудочно-кишечным трактом, нами установлено, что уровень соединения пищеводного и желудочного эпителиев по отношению к анатомической границе пищевода и желудка подвержен значительным индивидуальным различиям. Уровень соединения в норме может располагаться выше анатомической границы до 40 мм и ниже – до 18 мм.

При изучении эндоскопической анатомии пищеводно-желудочного перехода (ПЖП) у 110 пациентов в норме также выявляется индивидуальная вариабельность расположения Z-линии по отношению к розетке кардии, которая соответствует диапазону различий линии стыка эпителиев, установленному анатомическими исследованиями.

Таким образом, наличие цилиндрического эпителия в пищеводе до 40 мм выше розетки кардии может рассматриваться как вариант нормы, равно как и наличие плоского эпителия до 18 мм в проксимальном отделе желудка.

Гистотопографически обнаружены особенности расположения плоского и цилиндрического эпителиев в области их соединения. Оба эпителия образуют дупликатуру с наложением пищеводного эпителия на желудочный на расстоянии до 10 мм. При этом оба эпителия претерпевают морфологические изменения, что при сочетании с другими патологическими факторами может привести к неопластическим процессам.


ФИЗИОЛОГИЯ ПИЩЕВОДНО-ЖЕЛУДОЧНОГО ПЕРЕХОДА

Для предупреждения рефлюксов и развития эзофагита известны следующие защитные механизмы:

– антирефлюксная барьерная функция гастроэзофагеального соединения и НПС;

– эзофагеальное очищение (клиренс);

– резистентность слизистой оболочки пищевода;

– своевременное удаление желудочного содержимого;

– контроль кислотообразующей функции желудка.

В развитии рефлюксной болезни наибольшее значение имеют нарушения в координации первых трех механизмов.

Чаще всего к снижению функции антирефлюксного барьера приводят следующие причины:

– грыжи пищеводного отверстия диафрагмы (более 94% больных с рефлюкс-эзофагитом имеют хиатальную грыжу);

– учащение спонтанных расслаблений (релаксаций);

– снижение давления в нижнем пищеводном сфинктере.

Действие антирефлюксного механизма обеспечиваются следующими факторами:

– протяженностью абдоминальной части пищевода;

– углом Гиса (острый угол впадения пищевода в желудок), в норме его размеры колеблются от 20 до 90 градусов в зависимости от конституции человека;

– ножками диафрагмы;

– складкой Губарева.

Важное место в фиксации пищевода в пищеводном отверстии диафрагмы занимает связка Морозова-Саввина (диафрагмально-пищеводная связка). Она противостоит тракции кардиального отдела вверх, позволяя производить движение в пищеводе в момент глотания, кашля и рвоты. Фиксации пищевода способствует также и брюшина: справа брюшной отдел пищевода удерживается двумя брюшинными листками, образующими печеночно-желудочную связку, сзади – желудочно-поджелудочной складкой брюшины. Околопищеводная жировая клетчатка, газовый пузырь желудка и левая доля печени также способствуют фиксации пищевода. Возникающая с возрастом или вследствие других причин атрофия мышечных волокон в области пищеводно-желудочного отверстия диафрагмы и, прежде всего, связки Морозова-Саввина, приводит к расширению пищеводного отверстия диафрагмы, образованию “грыжевых ворот”, увеличению подвижности пищевода и предрасполагает к развитию ГПОД.

Основная роль в механизме закрытия кардии отводится нижнему пищеводному сфинктеру – гладкомышечному утолщению, расположенному в месте перехода пищевода в кардинальный отдел желудка длиной 3–4 см, имеющему специфическую автономную моторную деятельность, собственную иннервацию, кровоснабжение. Эти особенности позволяют выделить НПС в качестве обособленного морфо-функционального образования. Расслабление НПС стимулируется блуждающим нервом, а усиление тонуса – благодаря симпатической инпульсации. Тонус НПС находится под воздействием экзогенных и эндогенных факторов, на что влияют гормоны, продукты питания и медикаменты (табл. 1), а также:

– торопливая, быстрая и обильная еда, во время которой проглатывается большое количество воздуха, что приводит к повышению внутрижелудочного давления, расслаблению НПС (преодолению его сопротивления и забросу содержимого желудка в пищевод);

– метеоризм;

– язвенная болезнь (особенно с локализацией язвы в двенадцатиперстной кишке (ДПК)), при этом гастроэзофагеальный рефлюкс наблюдается у 50% больных;

– дуоденостаз любой этиологии;

– избыточное употребление в пищу жирного мяса, тугоплавких жиров (сало), мучных изделий (макароны, вермишель, сдобное печенье, хлеб). Острые приправы, жареные блюда способствуют длительной задержке пищевых масс в желудке и повышению внутрибрюшного давления.

Вторым фактором патогенеза ГЭРБ является снижение клиренса (очищение) пищевода, что осуществляется за счет силы тяжести, первичной перистальтики (продвижение пищи из ротовой полости в желудок), вторичной перистальтики (освобождение пищевода от рефлюксата), нейтрализации кислоты буферными системами слюны и слизи.

Рефлюксат различают кислотный и щелочной.

Резистентность слизистой оболочки пищевода обеспечивается преэпителиальными, эпителиальными и постэпителиальными факторами. К первым относятся: муцин, немуциновые протеины, бикарбонаты, простагландины Е2, эпидермальный фактор роста. Особенности строения и функции клеточных структур, размножение клеток эпителия определяют эпителиальный фактор, а адекватное кровоснабжение слизистой оболочки, обеспечивающее нормальный тканевой кислотно-щелочной баланс, – постэпителиальный фактор. Таким образом, можно говорить, что ГЭРБ возникает при нарушении равновесия между агрессивными факторами желудочного содержимого и факторами защиты с преобладанием факторов агрессии.

Таблица 1. Факторы, влияющие на тонус НПС


Повышают давление

Понижают давление

Гормоны

Гастрин, мотилин, субстанция Р

Вазоактивный интестинальный пептид, глюкагон, прогестерон, секретин, соматостатин, холецистокинин

Продукты питания

Мясные продукты

Жиры, шоколад, цитрусовые, перец, мята, чай, кофе, алкоголь

Медикаменты и другие факторы

А-адреномиметики, b-адренолитики, гистамин, мотилиум, простагландины, холиномиметики, метоклопрамид, координакс

А-адренолитики, b-адреномиметики, барбитураты, блокаторы Са-каналов, дофамин, морфин, нитраты, серотонин, теофиллин, транквилизаторы, холинолитики, курение, беременность


ПЕРИФЕРИЧЕСКАЯ КОМПЬЮТЕРНАЯ ЭЛЕКТРОГАСТРОЭНТЕРОГРАФИЯ В ДИАГНОСТИКЕ ГАСТРОЭЗОФАГЕАЛЬНОЙ РЕФЛЮКСНОЙ БОЛЕЗНИ

Для оценки функционального состояния желудочно-кишечного тракта нами использовалась электрогастроэнтерография (ЭГЭГ).

Двигательно-эвакуаторные расстройства способны выступать как в роли ведущего патогенетического фактора ГЭРБ, так и в виде сопутствующих нарушений, которые могут усиливать действие других агрессивных факторов (соляной кислоты, желчных кислот, снижение защитных свойств слизи) (П.Л. Щербаков, 2002, С.Ф. Багненко, В.Е. Назаров, М.Ю. Кабанов, 2004). Функциональные расстройства органов желудочно-кишечного тракта значительно ухудшают качество жизни, а диагностика и соответствующее лечение должны основываться на объективных методах. Одним из таких методов является периферическая компьютерная электрогастроэнтерография (ПК ЭГЭГ), т.е. регистрация биопотенциалов с органов желудочно-кишечного тракта. Методика регистрации электрических потенциалов желудка с поверхности тела была разработана в 1952–1954 гг. М.А. Собакиным, в 1974 модифицирована В.Г. Ребровым, которым была разработана и классификация электрических сигналов, регистрируемых в полосе частот желудочно-кишечного тракта. В последние годы эта методика заинтересовывает все большее количество исследователей, так как, анализируя ее основные показатели, возможно оценить функцию органов, заподозрить какую-либо патологию или развитие осложнений ранее установленных заболеваний, выявить на ранних стадиях функциональную или органическую патологию желудочно-кишечного тракта.

Много исследований посвящено патогенезу, диагностике заболеваний желудочно-кишечного тракта (В.Н. Устинов, 1974; М.А. Собакин, 1978; Г.М. Барашкова, 1991; Д.Б. Закиров, 1994; Г.Н. Шляхова, 1996; Н.Р. Нугаева с соавт., 1998; А.П. Эттингер, 1998; С.А. Выскребенцева с соавт., 2002; В.Т. Ивашкин, А.А. Шептулин, 2002; О.А. Саблин с соавт., 2002; Шамарданов, В.Н. Биряльцев, В.А. Филиппов, 2003; J. Chen, R.W.M.D. McCallum, 1993; J Chen, B.D. Schirmer, R.W.M.D. McCallum, 1994; W.K. Kauer, 1999; H.S. Talley, 1999; Z. Lin et al., 2000; N. Hamoui et al., 2006). Имеются исследования, позволяющие выявить особенности электрогастроэнтерограмм у больных с язвенной болезнью желудка и ДПК (Н.Р. Нугаева, 1999), с пилородуоденальными стенозами (Р.Ш. Шамарданов, В.Н. Биряльцев, В.А. Филиппов, 2003), с панкреатитом на фоне язвенной болезни желудка и ДПК (С.Л. Пильская с со-авт., 2000) с неязвенной диспепсией (И.В. Маев, 2002; Z. Lin et al., 2001; S. Cucehiara et al., 1992; P. Holmvall, 2002). Представлена диагностическая ценность ЭГЭГ у больных с острой хирургической патологией (мезентериальный тромбоз) в работах В.А. Ступина, С.В. Силуянова, Д.Б. Закирова (1994). Проводилось изучение влияния лекарственных препаратов на моторику органов желудочно-кишечного тракта (В.Г. Ребров, 1975; Д.Б. Закиров, 1994; А.М. Запруднов, А.И. Вояков, 1995; Н.Р. Нугаева с соавт., 1998; А.А. Чернова, 1998; Н.Р. Нугаева, 1999; С.А. Выскребенцева с соавт., 2002; С.Ф. Багненко, В.Е. Назаров, М.Ю. Кабанов, 2004; Б.Д. Старостин, 2005), результатов оперативного лечения язвенной болезни желудка и ДПК (Д.М. Кадыров с соавт., 2005), после эндоскопической полипэктомии пищеводно-желудочного перехода (С.И. Эрдес с соавт., 2007).

Совершенствуется аппаратура и техника проведения электрогастроэнтерографии на основе ранее разработанных методик (В.Г. Ребров, 1975; О.Л. Нотова, 1987; Е.Г. Ворновицкий, И.В. Фельдштейн, 1998; Б.А. Станковский, Г.И. Куланина, 1996; О.А. Саблин, 2002; В.В. Балыкина, 2000; J. Chen, R.W.M.D. McCallum, 1993).

Большое преимущество этого метода – неинвазивность и хорошая переносимость пациентом – дает возможность проводить ПК ЭГЭГ и детям (А.М. Запруднов, А.И. Волков, 1995; А.И. Аминова, 1999; Л.Н. Цветкова, П.Л. Щербаков, В.А. Филин, 2000; В.Ф. Приворотский с соавт., 2004; Е.Е. Краснова, 2005; А.П. Пономарева с соавт., 2007).

На возможность прогнозировать рецидивы язвенной болезни с помощью ЭГЭГ указывает Г.Н. Шляхова, 1996. ГЭРБ посвящены единичные работы (С.А. Выскребенцова с соавт., 2002). Но среди большого количества работ не встретились исследования, в которых бы указывалось на возможность с помощью ПК ЭГЭГ установить степень эзофагита, прогнозировать течение ГЭРБ.

Функциональное состояние желудочно-кишечного тракта у больных ГЭРБ нами оценивалось на основе анализа ПК ЭГЭГ.


А. МЕТОДИКА ПРОВЕДЕНИЯ ПЕРИФЕРИЧЕСКОЙ КОМПЬЮТЕРНОЙ ЭЛЕКТРОГАСТРОЭНТЕРОГРАФИИ

Периферическая компьютерная электрогастроэнтерография - метод, разработанный клиникой Госпитальной хирургии РГМУ совместно с НПП “Исток-Система” г. Фрязино, выполняется электрогастроэнтерографом ЭГЭГ-01К “Миограф” (рис. 2).

Рис. 2. Электрогастроэнтерограф ЭГЭГ-01К “Миограф”

Рис. 2. Электрогастроэнтерограф ЭГЭГ-01К “Миограф”

Методика имеет ряд преимуществ по сравнению с традиционными исследованиями: неинвазивна, не имеет противопоказаний, хорошо переносится всеми больными.

ПК ЭГЭГ основана на принципе измерений электрического потенциала с поверхности кожных покровов верхних и нижних конечностей пациента.

Комплекс включает в себя усилитель переменного тока с фильтрами, формирующими полосу пропускания частот 0,01-0,25 Гц, длительно неполяризующиеся электроды и ЭВМ (рис. 2). Регистрация сигнала происходит в 5 диапазонах частот, соответствующих отделам желудочно-кишечного тракта: толстая кишка 0,01-0,03 Гц, желудок 0,03-0,07 Гц, подвздошная кишка 0,07-0,13 Гц, тощая кишка 0,13-0,18 Гц, ДПК 0,18-0,25 Гц.

Оцениваемый сигнал обрабатывается оригинальной программой с использованием алгоритмов быстрого преобразования Фурье и вейвлет-анализа. Данные обработки представляются в виде таблиц числовых значений и графиков. Таблицы представляют собой числовые значения, характеризующие энергию (суммарную и по частотным спектрам), а также процентное отношение вклада каждого отдела желудочно-кишечного тракта в суммарную мощность, их отношение между собой и ритмичность сокращений каждого отдела желудочно-кишечного тракта.

Для проведения исследования методом ПК ЭГЭГ электроды располагаются на обезжиренных и покрытых электропроводной пастой участках кожи: № 1 - в нижней трети правого предплечья по медиальной поверхности, № 2 - в нижней трети правой голени по медиальной поверхности, электрод заземления № 3 - в нижней трети левой голени по медиальной поверхности. Выбор данного отведения обусловлен тем, что при нем регистрируемый сигнал имеет наибольшую интенсивность. Регистрацию начинали через 5 минут после установки электродов. Длительность регистрации для получения качественных спектрограмм - 40 мин.

Методика обследования заключает в себе проведение 2-х этапов:

1 этап - утром натощак - 40 минут;

2 этап - после стандартного завтрака (200 мл теплого чая, 4 г сахара, 100 г белого хлеба) - 40 минут.

Анализ результатов.

Для оценки моторики желудочно-кишечного тракта используются следующие показатели:

1 уровень электрической активности суммарный (Ps);

2 уровень электрической активности по отделам желудочно-кишечного тракта (Pi);

3 процентный вклад каждого частотного спектра в суммарный спектр (Pi/ Ps);

4 коэффициент ритмичности (К) - отношение длины огибающей спектра к длине участка спектра обследуемого отдела;

5 коэффициент соотношения (Pi/P(i+1)) - отношение электрической активности вышележащего отдела к нижележащему.

Моторную функцию можно оценить при помощи 3-х основных показателей (табл. 2):

Таблица 2. Средние показатели ПК ЭГЭГ для различных отделов желудочно-кишечного тракта здоровых обследованных (условная норма)

Отдел ЖКТ

Электрическая активность

Коэффициент ритмичности

Коэффициент соотношения

Желудок

22,4±11,2

4,85±2,1

10,4±5,7

ДПК

2,1±1,2

0,9±0,5

0,6±0,3

Тощая кишка

3,35±1,65

3,43±1,5

0,4±0,2

Подвздошная кишка

8,08±4,01

4,99±2,5

0,13±0,08

Толстая кишка

64,04±32,01

22,85±9,8

-

1 амплитуда = электрическая активность – процентный вклад каждого из отделов пищеварительного тракта в общий частотный спектр (Pi/Ps), (мы отошли от анализа абсолютных значений, так как процентное соотношение постоянная величина и более точно характеризует электрическую активность различных отделов желудочно-кишечного тракта);

2 ритмичность сокращений (коэффициент ритмичности = K);

3 координированность работы между отделами желудочно-кишечного тракта (коэффициент соотношения = Pi/P(i+1)).

Учитывая, что разброс показателей в течение 40 минут исследования довольно велик, а средние значения показывают лишь общую тенденцию и не дают возможности достоверно разграничить ту или иную патологию, основное внимание уделяем динамическому, поминутному изменению показателей в каждом отделе желудочно-кишечного тракта в течение всего времени исследования.


Б. КЛИНИЧЕСКОЕ ПРИМЕНЕНИЕ ПЕРИФЕРИЧЕСКОЙ КОМПЬЮТЕРНОЙ ЭЛЕКТРОГАСТРОЭНТЕРОГРАФИИ

Моторную функцию желудка, ДПК, тощей, подвздошной и толстой кишок больных ГЭРБ оценивали в тощаковую (I) и пищевую (II) фазы по показателям:

– уровня электрической активности (Pi/Ps), который указывает на выраженность кровоснабжения органов;

– уровня коэффициента соотношения (или коэффициента сравнения), который свидетельствует о скоординированности работы между отделами (Pi/P(i+1)).

Из 140 человек с ГЭРБ, которым проведена ЭГЭГ, 88 человек (62,8%) были с эзофагитом степени А, 36 человек (25,7%) с эзофагитом степени В и 16 человек (11,5%) с эзофагитом степени С.

Из 140 больных ГЭРБ, имеющих различные степени эзофагитов, нетипичную электрогастроэнтерограмму имели 22 (15,7%) человека.

Результаты исследований представлены в таблицах 3 и 4.

Как следует из таблицы 3, у больных с эзофагитом степени А электрическая активность желудка в тощаковую и пищевую фазы находится в пределах максимальной нормы, но во II фазу повышается по сравнению с первой. Электрическая активность двенадцатиперстной, тощей и подвздошной кишок в тощаковую фазу повышена по сравнению не только со средней (в 2,6–2,7–2,4 раза), но и максимальной нормой (в 1,7–1,8–1,6 раза), а в пищевую фазу снижается, стремясь к норме.

Электрическая активность желудка у больных с эзофагитом степени В также повышается в ответ на пищевую стимуляцию, находясь в обе фазы в пределах максимальной нормы.

Таблица 3. Изменения электрической активности различных отделов желудочно-кишечного тракта у больных с гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью

Эзофагит

Электрическая активность


Желудка (22,4±11,2)

ДПК

(2,1± 1,2)

Тощей кишки (3,35±1,65)

Подвздошной кишки (8,08±4,01)

Толстой кишки 64,0±32,01)


I фаза

II фаза

I фаза

II фаза

I фаза

II фаза

I фаза

II фаза

I фаза

II фаза

Степень А

27,77± 3,2

29,03± 4,1

5,57± 0,22

4,55± 1,21

9,07± 0,73

6,74± 0,66

19,06± 2,78

17,24± 2,09

39,55± 7,7

42,15± 5,76

Степень В

27,73± 3,5

30,08± 4,73

5,34± 0,38

4,12± 0,44

5,00± 0,19

7,06± 0,18

17,14± 2,23

18,62± 2,63

40,77± 5,44

42,29± 3,62

Степень С

25,39± 3,28

27,27± 2,6

3,31± 0,08

4,37± 0,6

6,06± 0,67

7,60± 0,67

17,28± 2,98

19,40± 0,75

45,85± 6,09

41,36± 5,02

Таблица 4. Изменение коэффициента соотношения различных отделов желудочно-кишечного тракта у больных гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью

Эзофагит

Коэффициент соотношения


Желудка (10,4±5,7)

ДПК (0,6±0,3)

Тощей кишки (0,45±0,25)

Подвздошной кишки (0,13±0,08)


I фаза

II фаза

I фаза

II фаза

I фаза

II фаза

I фаза

II фаза

Степень А

6,84± 2,36

8,92± 2,791

0,60± 0,09

0,68± 0,09

0,52± 0,18

0,42± 0,08

0,59± 0,21

0,49± 0,137

Степень В

6,93± 0,47

7,32± 1,70

0,79± 0,11

0,55± 0,11

0,43± 0,05

0,40± 0,09

0,50± 0,14

0,50± 0,14

Степень С

7,20± 2,72

7,04± 0,94

0,63± 0,04

0,61± 0,05

0,43± 0,10

0,41± 0,06

0,43± 0,13

0,52± 0,12

Электрическая активность двенадцатиперстной, тощей и подвздошной кишок также повышена в сравнении не только со средней (в 2,5 – 1,5 – 2,1 раза), но и максимальной нормой (в 1,6 – 1,1 – 1,4 раза). Но в отличие от электрической активности у больных с эзофагитом степени А снижение её происходит только в ДПК, а в тощей и подвздошной кишках повышается во II фазу исследования.

У больных с эзофагитом степени C сохраняется та же тенденция повышения электрической активности желудка во II фазу на фоне максимальной ее нормы в обе фазы.

У них электрическая активность ДПК, тощей и подвздошной кишок также повышена натощак (в 1,5 – 1,8 – 2,1 раза), но в отличие от больных с эзо-фагитом А и В степеней в пищевую фазу повышается электрическая активность и ДПК.

Электрическая активность толстой кишки у больных с эзофагитом степени А, В и С натощак ниже средней нормы, хотя находится в пределах минимальной нормы, а после пищевой стимуляции у больных с эзофагитом А и В степеней повышается, стремясь к средней норме, а с эзофагитом степени С снижается.

Примерами изменений электрогастроэнтерограмм у больных ГЭРБ с эзофагитами А, В и С степенями могут служить рис. 3, 4, 5 (рис. 3С, 4С, 5С на второй стр. обложки).

Электрическая активность желудка в I фазу на уровне средней нормы, повышается во II фазу, оставаясь в пределах нормы, т.е. кровенаполнение желудка натощак соответствует норме и адекватно реагирует на пищевую стимуляцию.

Что касается двенадцатиперстной, тощей и подвздошной кишок, то кровенаполнение их натощак усилено, что характеризуется повышенной электрической активностью на их частотах по сравнению не только со средней (в 3,4 – 3,1 – 3,2 раза), но и максимальной нормами (в 2,1 – 2,1 – 2,1 раз). В пищевую фазу их электрическая активность снижается в 2,1 – 2,1 – 1,4 раза соответственно. Толстая кишка имеет сниженную электрическую активность даже по сравнению с минимальной нормой, но повышается в пищевую фазу. Это свидетельствует о благотворном влиянии приема пищи на ее моторику.

Дискоординация моторики наблюдается только между подвздошной и толстой кишками в тощаковую и пищевую фазы исследования, но во II фазу уменьшается ее выраженность.

При эндоскопии – Z-линия по правой стенке на уровне кардии, на задней, левой и передней стенках – на 0,2–0,8–0,6 см выше кардии. Слизистая выше Z-линии с равномерным выраженным отеком и участком с цилиндрического эпителия треугольной формы размером до 0,2 х 0,5 см.

Иллюстрациями, соответствующими эзофагиту В степени, служат электрогастроэнтерограммы на рис. 4.

У больного на электрогастроэнтерограмме обнаружена нормальная электрическая активность желудка натощак и повышение ее в пищевую фазу, т.е. кровенаполнение органа увеличивается в ответ на пищевую стимуляцию. Электрическая активность двенадцатиперстной, тощей, подвздошной кишок повышена по сравнению с нормой (средней и максимальной), но снижается до нормальных величин во II фазу только на частотах ДПК, что является хорошим прогностическим признаком. Электрическая активность тощей и подвздошной кишок повышается; также у больного имеется дискинезия ДПК по гипертоническому типу во II фазу, дуоденогастральный рефлюкс в обе фазы исследования.

   
АВ

К рис. 3А

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Отношение мощностей P(i)/PS (%)

Желудок

22.41

26.17

27.73

ДПК

2.10

7.16

3.36

Тощая

3.35

10.58

4.93

Подвздошная

8.08

25.67

18.42

Толстая

64.04

30.42

45.57

К рис. 3В

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Коэффициент

сравнения

P(i)/P(i+1)

Желудок

10.40

4.43

12.71

ДПК

0.60

0.71

0.77

Тощая

0.40

0.42

0.26

Подвздошная

0.13

1.11

0.52

Рис. 3. Больной А., 46 лет. Диагноз: ГЭРБ. Эзофагит степени А: А – электрогастроэнтерограмма (электрическая активность); В – электрогастроэнтерограмма (коэффициент сравнения); С – эндофотография ПЖП

На электрогастроэнтерограмме у больного выявлено нарушение скоординированности сокращений между подвздошной и толстой кишками в тощаковую и пищевую фазы исследования.

При эндоскопическом исследовании у больного выявлены: равномерно выраженный отек слизистой и две эрозии на правой и передней стенках, размером до 1,5 х 0,1 и 1,0 х 0,3 см соответственно выше Z-линии. А ниже – слизистая с умеренным отеком и равномерной гиперемией. Линия Z выше кардии.

Характерный тип электрогастроэнтерограмм для больных ГЭРБ с эзофагитом степени С представлен на рис. 5.


АВ

К рис. 4А

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Отношение мощностей P(i)/PS (%)

Желудок

22.41

28.45

30.97

ДПК

2.10

5.04

4.52

Тощая

3.35

6.86

8.06

Подвздошная

8.08

16.94

18.01

Толстая

64.04

42.71

38.44

К рис. 4В

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Коэффициент

сравнения

P(i)/P(i+1)

Желудок

10.40

6.551

7.741

ДПК

0.60

0.743

0.572

Тощая

0.40

0.417

0.462

Подвздошная

0.13

0.457

0.506

Рис. 4. Больной З., 48 лет. Диагноз: ГЭРБ. Эзофагит степени В. Пищевод Барретта: А – электрогастроэнтерограмма (электрическая активность); В – электрогастроэнтерограмма (коэффициент сравнения); С – эндофотография ПЖП

У больного К., как и у больных с эзофагитом степени А и В, электрическая активность желудка натощак и после пищевой нагрузки в пределах нормы, повышаясь во II фазу. Электрическая активность двенадцатиперстной, тощей и подвздошной кишок в I фазу повышена в 1,8 – 2,1 – 2,1 раза по сравнению со средней величиной нормы и в 1,2 – 1,4 – 1,4 раза по сравнению с максимальной нормой, во всех указанных отделах во II фазу повышение ее более выражено. Электрическая активность толстой кишки понижается во II фазу по сравнению с первой в отличие от электрической активности у больных со стадиями А и В, находясь в пределах минимальной нормы. У больного имеется дуоденогастральный рефлюкс в обе фазы исследования.


АВ

К рис. 5А

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Отношение мощностей P(i)/PS (%)

Желудок

22.41

23.98

29.98

ДПК

2 10

3.78

4.44

Тощая

3.35

6.98

8.64

Подвздошная

8.08

17.19

19.78

Толстая

64.04

48.07

37.16

К рис. 5В

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Коэффициент сравнения P(i)/P(i+1)

Желудок

10.40

6.86

7.07

ДПК

0.60

0.63

0.56

Тощая

0.40

0.40

0.47

Подвздошная

0.13

0.38

0.54


Рис. 5. Больной К., 39 лет. Диагноз: ГЭРБ. Эрозивный эзофагит степени С: А – электрогастроэнтерограмма (электрическая активность); В – электрогастроэнте-рограмма (коэффициент сравнения); С – эндофотография ПЖП

По электрогастроэнтерограмме у больного имеется дискоординация моторики подвздошной и толстой кишок, которая усиливается в пищевую фазу исследования.

Эндоскопически отмечено, что Z-линия выше кардии на 3,0–3,5–4,0–3,5 см (правая-задняя-левая-передняя стенки). Слизистая выше Z-линии значительно отёчна, с продольными эрозиями от средней трети пищевода до Z-линии по вершинам всех складок, ниже Z-линии – отёчна, с очаговой гиперемией, зернистого вида.

В слизистой оболочке между Z-линией и розеткой кардии выявлен Helicobacter pylori.


ИТОГОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЭЛЕКТРОГАСТРОЭНТЕРОГРАММ В ЗАВИСИМОСТИ ОТ СТЕПЕНИ ЭЗОФАГИТА

При анализе электрогастроэнтерограмм больных ГЭРБ с различными степенями эзофагита выделены некоторые характерные признаки:

ДЛЯ ЭЗОФАГИТА СТЕПЕНИ А:

– электрическая активность желудка в пределах физиологической максимальной нормы в тощаковую и пищевую фазы и повышается в пищевую;

– повышенная электрическая активность ДПК в тощаковую фазу по сравнению со средней нормой в 2,6 раза и максимальной нормой в 1,7 раза;

– снижение электрической активности ДПК в пищевую фазу, что можно считать прогностически благоприятным признаком, так как имеется стремление к норме, но ее величина все-таки не достигает нормальных показателей;

– повышенная электрическая активность тощей и подвздошной кишок в I фазу исследования по сравнению со средней нормой в 2,7–2,4 раза и максимальной нормами в 1,8 и 1,6 раза соответственно;

– снижение электрической активности тощей и подвздошной кишок во II фазу;

– электрическая активность толстой кишки ниже средней, но в пределах минимальной нормы, в тощаковую фазу, а после стимуляции, хотя и повышается, но ее величина ниже средней в 1,5 раза;

– коэффициенты сравнения желудок/ДПК, ДПК/тощая кишка, тощая/ подвздошная кишка находятся в обе фазы в пределах нормы;

– коэффициент соотношения подвздошная кишка/толстая кишка повышен в обе фазы, после пищевой стимуляции снижается, но не достигает нормы.

ДЛЯ ЭЗОФАГИТА СТЕПЕНИ В:

– электрическая активность желудка в пределах максимальной нормы в тощаковую и пищевую фазы и повышается в пищевую фазу;

– повышенная электрическая активность ДПК в тощаковую фазу в 2,5 и в 1,6 раза по сравнению со средней и максимальной нормами;

– снижение электрической активности ДПК в ответ на пищевую стимуляцию, не приводящее к норме; но все-таки эта тенденция является прогностически благоприятной;

- повышенная электрическая активность тощей и подвздошной кишок по сравнению со средней нормой в 1,6-2,1 раза и максимальной нормой в 1,1-1,4 раза.

- повышение электрической активности тощей и подвздошной кишок в пищевую фазу;

- электрическая активность толстой кишки в пределах минимальной нормы, но ниже средней, и незначительное повышение ее в пищевую фазу, но ниже средней нормы в 1,5 раза;

- коэффициенты соотношения желудок/ДПК, ДПК/тощая кишка, тощая кишка/подвздошная кишка - натощак и после пищевой стимуляции в норме;

- коэффициент соотношения подвздошная/толстая кишка повышен в обе фазы исследования, т.е. имеется дискоординация моторики на этом уровне; хотя коэффициент соотношения и снижается во II фазу в 1,3 раза, но не достигает нормы.

ДЛЯ ЭЗОФАГИТА СТЕПЕНИ С:

- электрическая активность желудка в пределах максимальной нормы в тощаковую и пищевую фазы и повышена в пищевую фазу;

- повышенная электрическая активность ДПК в 1,5 раза по сравнению со средней нормой в I фазу;

- повышение на этом фоне электрической активности ДПК во II фазу;

- повышенная электрическая активность тощей и подвздошной кишок в 1,8-2,1 раза по сравнению со средней нормой и в 1,2-1,4 раза - с максимальной нормой в I фазу исследования;

- повышение электрической активности тощей и подвздошной кишок во II фазу;

- электрическая активность толстой кишки в тощаковую фазу исследования в пределах минимальной нормы и снижена в пищевую фазу;

- коэффициенты соотношения желудок/ДПК, ДПК/тощая кишка и тощая/ подвздошная кишка в пределах нормы в обе фазы исследования;

- коэффициент соотношения подвздошная кишка/толстая кишка в обе фазы исследования повышен, и повышается в пищевую фазу, т.е. имеется более стойкая дискоординация моторики этих отделов кишечника.

Таким образом, особенностями ЭГЭГ у больных ГЭРБ с различными степенями эзофагита по сравнению с нормой являются:

- электрическая активность желудка в пределах максимальной нормы в тощаковую и пищевую фазы при повышении ее во II фазу при эзофагитах стадий А, В и С;

– повышенная электрическая активность двенадцатиперстной, тощей и подвздошной кишок в обе фазы исследования при эзофагитах стадий А, В и С, но в пищевую стадию имеются различия:

а) у больных с эзофагитом степени А снижается электрическая активность двенадцатиперстной, тощей, подвздошной кишок, хотя и не достигает нормы;

б) у больных с эзофагитом степени В – электрическая активность снижается только на частотах ДПК, а тощей и подвздошной кишок повышается;

в) у больных с эзофагитом степени С электрическая активность двенадцатиперстной, тощей и подвздошной кишок повышается;

– электрическая активность толстой кишки при эзофагитах стадий А, В и С – в пределах минимальной нормы в обе фазы исследования, но в пищевую фазу у больных с эзофагитом стадий А и В она повышается, стремясь к средней норме, а при стадии С – снижается. Схематически это представлено на рис. 6. Скоординированность различных отделов желудочно-кишечного тракта (коэффициент соотношения, или коэффициент сравнения) представлена на рисунке 7. Коэффициенты соотношения желудок/ДПК, ДПК/тощая кишка, тощая/подвздошная кишка при степенях А, В и С в обе фазы в пределах нормы, а на уровне подвздошная/толстая кишки значительно повышен в обе фазы исследования, но при эзофагитах степени А он понижается в пищевую фазу т.е. пищевая нагрузка благотворна для этих органов, при эзофагите В степени – остается без изменений или имеет тенденцию к повышению, а при степени С – повышается, это свидетельствует о более стойкой и выраженной дискоординации моторики этих отделов. В некоторых случаях дискоординация этих отделов кишечника может не снижаться во II фазу.

Рис. 6. Схематичное изображение изменений электрической активности различных отделов желудочно-кишечного тракта у больных ГЭРБ

Рис. 6. Схематичное изображение изменений электрической активности различных отделов желудочно-кишечного тракта у больных ГЭРБ

Рис. 7. Схематическое изображение изменений коэффициента соотношения различных отделов желудочно-кишечного тракта у больных ГЭРБ

Рис. 7. Схематическое изображение изменений коэффициента соотношения различных отделов желудочно-кишечного тракта у больных ГЭРБ

Из 140 больных ГЭРБ, имеющих различные степени эзофагита, нетипичную электрогастроэнтерограмму имели 22 человека (15,7% случаев).

Так, из 88 пациентов с эзофагитом степени А нетипичные проявления на электрогастроэнтерограмме имели 13 человек (14,8%), из 36 больных с эзо-фагитом степени В – 6 человек (16,7%) и из 16 человек с эзофагитом степени С – 3 пациента (18,7 %).

Примером этих особенностей могут служить электрогастроэнтерограммы больных, представленные на рис. 8–9 (рис. 8С, 8D, 9С, 9D на второй стр. обложки).

У больного с эзофагитом степени А, хотя имеются характерные для этой степени изменения электрической активности и коэффициента соотношения, но есть признаки, характерные для нормальной электрогастроэнтерограммы: снижение в пищевую фазу электрической активности на частотах желудка до средней нормы, ДПК до максимальной нормы, а электрическая активность на частотах тощей кишки и в тощаковую, и в пищевую фазы находятся в пределах нормы. Таким образом, данные ЭГЭГ у больного А. свидетельствуют о возможной нормализации воспалительного процесса в пищеводе, что в процессе лечения подтвердилось клинически (перестали беспокоить боли и изжога за грудиной).

При эндоскопическом исследовании у больного А., 33 лет до лечения (рис. 8С) слизистая выше Z-линии с выраженным отеком, густо-белого цвета, ниже Z-линии отёчна, гиперемирована, легко ранима, с островком плоского эпителия на правой стенке до 0,2–0,3 см в диаметре. Z-линия выше кардии на 4,5–5,0–5,0–4,0 см (правая-задняя-левая-передняя стенки). После лечения (рис. 8D) значительно уменьшился отёк выше Z-линии, стали видны сосуды, слизистая ниже Z-линии розового цвета, сохраняется островок слизистой с плоским эпителием.


АВ

К рис. 8А

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Отношение мощностей P(i)/PS (%)

Желудок

22.41

25.86

22.38

ДПК

2.10

4.49

3.21

Тощая

3.35

5.01

5.63

Подвздошная

8.08

15.16

18.07

Толстая

64.04

49.48

50.71

К рис. 8В

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Коэффициент

сравнения

P(i)/P(i+1)

Желудок

10.40

7.93

7.45

ДПК

0.60

0.95

0.63

Тощая

0.40

0.33

0.31

Подвздошная

0.13

0.32

0.40

Рис. 8. Больной А., 33 года. Диагноз: ГЭРБ. Эзофагит степени А: А – электрическая активность; В – коэффициент сравнения; С – эндофотография ПЖП – эзофагит А степени (до лечения); D – эндофотография ПЖП – эзофагит О степени (после лечения)

Электрогастроэнтерограмма на рисунке 9А иллюстрирует отрицательную динамику процесса в пищеводно-желудочном переходе у больного с эзофагитом степени А.

На электрогастроэнтерограмме больного имеются характерные для этой степени изменения (рис. 9А): повышенная электрическая активность двенадцатиперстной, тощей и подвздошной кишок в I фазу исследования и снижение ее на частотах двенадцатиперстной и тощей кишок во II фазу, но снижение это недостоверно, а повышение электрической активности подвздошной кишки в сочетании со снижением на частотах толстой кишки характерно для

АВ

К рис. 9А

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Отношение мощностей P(i)/PS (%)

Желудок

22.41

24.27

26.83

ДПК

2.10

4.89

4.09

Тощая

3.35

8.64

8.25

Подвздошная

8.08

18.02

19.61

Толстая

64.04

44.16

41.22

К рис. 9В

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Коэффициент

сравнения

P(i)/P(i+1)

Желудок

10.40

5.55

6.91

ДПК

0.60

0.59

0.52

Тощая

0.40

0.48

0.43

Подвздошная

0.13

0.48

0.53



Рис. 9. Больной Б., 53 года. Диагноз: ГЭРБ. Эзофагит степени А. Пищевод Барретта: А – электрическая активность; B – коэффициент сравнения; С – эндофотография ПЖП эзофагит степени А (до лечения); D – эзофагит степени В (на фоне лечения) эзофагита степени С.

У больного обнаружена дискоординация моторики (рис. 9В) между желудком и ДПК в пищевую фазу, подвздошной и толстой кишками, дуодено-гастральный рефлюкс в обе фазы исследования. Таким образом, у больного имеются на электрогастроэнтерограмме признаки более характерные для степени В или С. За 3 года наблюдения за больным на фоне лечения эндоскопически у него выявились эзофагит степени В, лейкоплакия многослойного плоского эпителия после лечения (рис. 9С и 9D).

Нетипичные проявления эзофагита степени В иллюстрирует электрогастроэнтерограмма больного Б., 35 лет на рис. 10А и 10В.


АВ

К рис. 10А

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Отношение мощностей P(i)/PS (%)

Желудок

22.41

22.51

36.34

ДПК

2.10

3.30

2.87

Тощая

3.35

5.02

5.33

Подвздошная

8.08

13.77

17.17

Толстая

64.04

55.40

38.30

К рис. 10В

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Коэффициент

сравнения

P(i)/P(i+1)

Желудок

10.40

7.75

14.61

ДПК

0.60

0.67

0.56

Тощая

0.40

0.37

0.33

Подвздошная

0.13

0.26

0.55

Рис. 10. Больной Б., 35 лет. Диагноз: ГЭРБ. Эзофагит степени В: А – электрическая активность; B – коэффициент сравнения; С – эндофотография ПЖП – эзофагит степени В (до лечения); D – эндофотография ПЖП-эзофагит степени В (на фоне лечения)

По изменениям электрогастроэнтерограмм у больного Б., 35 лет с эзофагитом степени В возможно прогнозировать улучшение процесса в пищеводе, т.к. при наличии изменений, характерных для эзофагита степени В, имеются признаки нормальной электрогастроэнтерограммы: электрическая активность желудка, двенадцатиперстной, тощей кишок находятся в пределах нормы в обе фазы исследования. А на рис. 10В отмечается нарушение скоординированности сокращения между отделами подвздошной и толстой кишками в пищевую фазу исследования.


АВ

К рис. 11А

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Отношение мощностей P(i)/PS (%)

Желудок

22.41

26.86

25.97

ДПК

2.10

2.74

7.18

Тощая

3.35

6.59

10.21

Подвздошная

8.08

18.76

17.12

Толстая

64.04

45.05

39.51

К рис. 11В

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Коэффициент

сравнения

P(i)/P(i+1)

Желудок

10.40

11.12

4.11

ДПК

0.60

0.44

0.80

Тощая

0.40

0.36

0.60

Подвздошная

0.13

0.50

0.45


Рис. 11. Больной А., 38 лет. Диагноз: ГЭРБ. Эзофагит степени В: А – электрогастроэнтерограмма (электрическая активность); B – электрогастроэнте-рограмма (коэффициент сравнения); С – эндофотография ПЖП (на фоне лечения); D – эндофотография ПЖП (до лечения)

В процессе лечения наступило клиническое улучшение: перестали беспокоить изжога, тошнота, чувство переполнения в желудке после еды, а эндоскопически слизистая пищеводно-желудочного перехода приобрела нормальный вид, эрозии заэпителизировались, что представлено на рис. 10С и 10D.

Нетипичные проявления эзофагита степени В иллюстрирует и электрогастроэнтерограмма больного А., 38 лет на рис. 11А.

У больного А., 38 лет с эзофагитом степени В на электрогастроэнтерограмме кроме признаков, характерных для эзофагита степени В, имеются изменения, указывающие на эзофагит степени С: значительное повышение электрической активности в пищевую фазу на частотах двенадцатиперстной (в 2,6 раза) и тощей (в 1,6 раза) кишок на фоне повышенной электрической активности в тощаковую фазу, а также снижение на частотах толстой кишки во II фазу на фоне минимальной нормы в I фазу (рис. 11А), дискоординация желудка и ДПК, подвздошной и толстой кишок (рис. 11В). Кроме того, отмечается дуоденогастральный рефлюкс в обе фазы исследования. Несмотря на лечение у больного имелось эндоскопическое ухудшение: появились новые эрозии, усилился отек слизистой пищеводно-желудочного перехода (рис. 11С).


АВ

К рис. 12А

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Отношение мощностей P(i)/PS (%)

Желудок

22.41

26.56

24.56

ДПК

2.10

5.66

5.15

Тощая

3.35

9.95

8.29

Подвздошная

8.08

20.43

20.46

Толстая

64.04

37.40

41.54

К рис. 12В

Норма

Тощаковая фаза

Пищевая фаза

Коэффициент

сравнения

P(i)/P(i+1)

Желудок

10.40

5.17

5.06

ДПК

0.60

0.63

0.70

Тощая

0.40

0.48

0.41

Подвздошная

0.13

0.65

0.57



Рис. 12. Больной Ч., 41 год. Диагноз: ГЭРБ. Эзофагит степени С: Пищевод Барретта: А – электрогастроэнтерограмма (электрическая активность); B – электрогастроэнте-рограмма (коэффициент сравнения); С – эндофотография ПЖП (до лечения) (на 3-й стр. обложки); D – эндофотография ПЖП (после лечения)

О положительном прогнозе, свидетельствует электрогастроэнтерограмма больного Ч., 41 года (рис. 12А).

При анализе данной электрогастроэнтерограммы отмечаются характерные для больных с эзофагитом степени С изменения электрической активности различных отделов желудочно-кишечного тракта в тощаковую фазу, в пищевую – только изменения на частотах подвздошной кишки могут указывать на эзофагит степени С, а снижение электрической активности двенадцатиперстной и тощей кишок вместе свидетельствуют об эзофагите степени А. Кроме того, электрическая активность желудка в пищевую фазу приближается к средней норме. Дискоординация моторики (рис. 12В) подвздошной/ толстой кишок имеется в обе фазы исследования, но во II фазу она приближается к норме. Комплексная антирефлюксная и антихеликобактерная терапия привела к эпителизации эрозий пищеводно-желудочного перехода, т.е. к эзофагиту степени А (рис. 12С и 12D). На этом фоне проведена фотодинамическая терапия пищевода Барретта.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Обобщая результаты исследований функционального состояния желудочно-кишечного тракта у больных ГЭРБ с помощью ЭГЭГ, можно сделать заключение, что ПК ЭГЭГ, учитывая электрическую активность различных отделов желудочно-кишечного тракта и коэффициент соотношения в тощаковую и пищевую фазы, позволяет выявить характерные особенности их для разных степеней эзофагита. Поэтому ЭГЭГ может служить скринингом для определения тяжести изменений в слизистой ПЖП, для решения вопроса о необходимости морфологического исследования слизистой этого отдела, а по нетипичным признакам прогнозировать развитие ГЭРБ и определять лечение.


РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА

1. Аминова А.И. Моторная функция желудка и двенадцатиперстной кишки у детей с гастродуоденальной патологией // Детская гастроэнтерология Сибири: Сб. науч. работ им. Я.Д. Витебского. Новосибирск. - 1999. - Вып. 3. - С. 9-12.

2. Багненко С.Ф. Методы фармакологической коррекции двигательно-эвакуаторных нарушений желудка и двенадцатиперстной кишки / С.Ф. Багненко, В.Е. Назаров, М.Ю. Кобанов //Болезни органов пищеварения. – 2004. – т.6. - № 1. – С. 19 – 23.

3. Выскребенцева С.А. Электрическая активность желудка у больных гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью / С.А. Выскребенцева, В.В. Алферов, Н.А. Ковалева, Д.В. Бобрышев, В.Д. Пасечников // Материалы 3 научно-практической конференции “Геллеровские чтения”. – Приложение к журналу здравоохранение Дальнего Востока. - 2002. - № 1.- С. 76-83.

4. Иванов Л.А. Оценка моторно-эвакуаторной функции желудка у больных язвенной болезнью после резекции желудка / Л.А. Иванов, Д.Н. Марданов, С.Э. Большаков, А.В. Зорин //Гастроэнтерология. – СПб. – 2002. - № 2-3. – С. 59.

5. Колесников Л.Л. Сфинктерология. – М.:ГЭОТАР – Медиа.- 2008. – С. 27-42.

6. Кубышкин В.А. Гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь. Диагностика, консервативное и оперативное лечение / В.А. Кубышкин, Б.С. Корняк. – М. - 1999. – 208 с.

7. Старостин Б.Д. Частота распространения пищевода Барретта (ПБ) среди пациентов, страдающих гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью // Рос. журн. гастроэнтерол., гепатол., колопроктол. – 2005. – т. XV. - №5. – Прил. № 26. – С. 14 (№37).

8. Ступин В.А. Периферическая электрогастроэнтерография в диагностике нарушений моторно-эвакуаторной функции желудочно-кишечного тракта / В.А. Ступин, Г.О. Смирнова, М.В. Баглаенко, С.В. Силуянов, Д.Б. Закиров // Леч. врач. - 2005. - № 2.

9. Устинов В.Н. Биопотенциалы гладких мышц и сократительная деятельность желудка // Физиологический журнал СССР им. И.М. Сеченова. - 1975.- том 61.- № 4.- С. 620-627.

10. Chen J. McCallum R.W.M.D. Clinical applications of Electrogastrography// The American journal of gastroenterol., 1993. - Vol. 88. - № 9. - P. 1324-1336.

11. Chen J; Schirmer BD; McCallum RW. Serosal and cutaneous recording of gastric myoelectrical activity in patients with gastroparesis. Fm. J. Physiol., 1994; 266: G 90-8.

12. Kauer WK, Stein HJ, Balint A, Siewert JR. Transcutaneous electrogastrography: a non-invasive method to evaluate post-operative gastric disorders? Hepatogastroenterology, 1999, Mar-Apr; 46(26):1244-8.

13. Lin Z, Chen JD, Parolizi S, Shifflett J, Peura DA, McCallum RW. Prevalence of gastric myoelecrical abnormalities in patients with nonulcer dyspepsia and H.pylori infection: resolution after H.pylori eradication. Dig. Dis. Sci., 2001, Apr; 46(4): 739-45.



Назад в раздел
Популярно о болезнях ЖКТ читайте в разделе "Пациентам"
Лекарства, применяемые при заболеваниях ЖКТ
Адреса клиник

Индекс цитирования
Логотип Исток-Системы

Информация на сайте www.gastroscan.ru предназначена для образовательных и научных целей. Условия использования.