Нейко В.Е., Сарапук И.В., Сарапук О.Р. Отечественный коллоидный субцитрат висмута Гастро-Норм в комплексном лечении заболеваний. органов пищеварения // Журнал Провизор. Украина. – 2002. – №10.

Популярно о болезнях ЖКТ Лекарства при болезнях ЖКТ Если лечение не помогает Адреса клиник

Авторы: Нейко В.Е. / Сарапук И.В. / Сарапук О.Р.


Отечественный коллоидный субцитрат висмута Гастро-Норм в комплексном лечении заболеваний органов пищеварения

В.Е. Нейко, И.В. Сарапук, О.Р. Сарапук


В последнее время большое значение в этиологии и патогенезе целого ряда заболеваний пищеварительной системы придают микроорганизмам. О возможном их участии в развитии воспалительных заболеваний верхних отделов желудочно-кишечного тракта высказано предположение еще в конце ХІХ века, когда в желудке животных, а затем и человека были найдены спиралевидные бактерии [14]. Такие находки неоднократно повторялись в прошлом веке [16, 28], однако о них забывали, поскольку, с одной стороны, не удавалось получить культуру микроорганизмов со слизистой оболочки желудка (СОЖ), а с другой стороны, предположения о том, что бактерии могут жить в желудке в присутствии соляной кислоты казались очень смелыми. Этому в большой степени способствовали результаты, полученные E. D. Palmer (1954), который выполнил 1000 аспирационных биопсий, ни разу не обнаружив в желудке человека микроорганизмов. Исследование спиралевидных бактерий прекратилось к восьмидесятым годам ХХ века.

В 1983 году патологоанатом J.R. Warren и гастроэнтеролог B.J. Marchall сообщили об обнаружении множества микроорганизмов на поверхности эпителиоцитов желудка у больных с хроническим гастритом. Из-за сходства при световой микроскопии с кампилобактериями, они получили название Campylobacter pyloridis, а в 1987 году Campylobacter pylori. Вскоре обнаружились существенные отличия Campylobacter pylori от других кампилобактерий, и эти микроорганизмы с 1988 года получили новое название — Helicobacter pylori (Hp), которое отображает их спиралевидную (helic) форму и тропизм к пилорическому (pylori) эпителию СОЖ.

В настоящее время Нр характеризуется как грамотрицательная спиралевидная бактерия длиной 2,0–6,5 мкм и шириной 0,5–0,6 мкм. Генеративний период — сравнительно продолжительный (3–5 дней), что было причиной вышеупомянутых сложностей при получении ее культуры. Бактерия имеет 4–6 однополюсных жгутиков, которые обеспечивают ей большую подвижность [24]. Нр продуцирует уреазу, расщепляющую мочевину, при этом образуется большое количество аммиака, который локально подщелачивает кислую среду желудочного сока. Нр продуцирует также супероксиддисмутазу, каталазу, щелочную фосфатазу, глюкофосфатазу, протеазу, фосфолипазу, гемолизин, цитотоксический канцерогенный белок cag А и другие вещества, которые вызывают воспалительные, атрофические и деструктивные изменения слизистой оболочки гастродуоденальный зоны [20, 21].

Целый ряд эпидемиологических исследований, проведенных за рубежом, свидетельствует о широкой распространенности инфекции Нр [26]. В развитых странах Европы число инфицированных Нр достигает 15–20%, а в некоторых странах Азии и Африки — 70–76% населения [19]. Популяционные исследования показали прямую зависимость социально-экономических факторов и частоты инфицированности Нр. Бразильские ученые установили, что Нр обнаруживается у 96,7% семей, годовой доход которых на члена семьи составляет менее 5 тысяч долларов США [22]. В США доказано, что Нр не обнаруживается в тех семьях, где доход превышает 70 тысяч долларов США [23]. В Украине средний уровень инфицированности Нр среди взрослого населения достаточно высок и составляет около 70% [11]. Существует прямая зависимость инфицированности детского населения от общего уровня развития страны, соблюдения социально-гигиенических норм.

Учитывая такую распространенность Нр-инфекции, заинтересованность в ее исследовании постоянно растет. Нр в настоящее время отводится важная роль в развитии многих заболеваний. В последние годы появилось новое название болезни хеликобактериоз, что означает — хронический инфекционный процесс, вызванный бактериями Нр. Доказано, что развитие таких заболеваний, как язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки, рак желудка и MALT-лимфома связано со сложным взаимодействием патогенных факторов Нр и генетическими особенностями макроорганизма, влиянием внешней среды и течением хронического гастрита [6]. Эпидемиологические данные свидетельствуют о том, что 100% язв двенадцатиперстной кишки, 80% язв желудка, 78% MALT-лимфом желудка и 52% рака желудка связаны с персистенцией Нр [10]. Мнения относительно взаимосвязи между Нр и гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью (ГЭРБ) неоднозначны. R.M. Centa (1994) отводит важную роль Нр в развитии ГЭРБ: наличие ее в слизистой оболочке кардиального отдела желудка и пищевода ухудшает течение рефлюкс-эзофагита. Персистенция Нр в кардиальном отделе желудка способствует расслаблению нижнего пищеводного сфинктера. H. I. O’Connor (1999) в ряде работ указывает на распространенность Нр-инфекции при ГЭРБ от 16 до 88%. В последние годы доказано патогенетическое значение Нр при хроническом панкреатите [4, 18]. Американские микробиологи продемонстрировали на VІІІ Европейской гастроэнтерологический неделе (Бельгия, 2000) слайды, где было показано, что в некоторых случаях Нр превращается в кокковые формы, которые обладают тропностью не только к СОЖ, но и могут проникать в клетки печени, вызывать вакуолизацию, баллонную дистрофию гепатоцитов, что следует трактовать как особый вид гепатита.

Изучение роли хеликобактерной инфекции в развитии заболеваний пищеварительной системы заставило коренным образом пересмотреть подходы к лечению.

Эффективная терапия этих болезней предусматривает обязательное уничтожение Нр. Согласно международным показаниям к эрадикации Нр, которые наиболее полно сформулированы в Маастрихтском-2 консенсусе (2000 г.), антихеликобактерная терапия должна проводиться при язвах желудка и двенадцатиперстной кишки, гастритах, MALT-лимфомах, после хирургического лечения рака желудка и у ближайших родственников больного раком желудка, а также рекомендуется при функциональных диспепсиях, синдромах рефлюкса, приеме нестероидных противовоспалительных средств.

Для лечения Нр-инфекции наиболее эффективными считаются соли висмута (особенно коллоидный субцитрат висмута), антибиотики некоторых групп (амоксициллин, тетрациклин, кларитромицин), производные нитроимидазола (метронидазол, тинидазол), нитрофураны (фуразолидон, фурадонин), ингибиторы протонной помпы (омепразол, ланзопразол) [2, 7]. Вышеперечисленные факты послужили основанием для использования в качестве антихеликобактерной терапии нескольких препаратов одновременно (так называемая «тройная» или даже «квадро»-терапия). В состав схем лечения большинство авторов включают коллоидный субцитрат висмута (КСВ). Эффективность КСВ по отношению к Нр является бесспорной. Препараты висмута использовались для лечения гастродуоденальных заболеваний и инфекций, вызванных спирохетами уже в ХVIII веке. Особое распространение они получили в Германии и Англии в ХІХ в. Их действие заключалось, с одной стороны, в уничтожении микроорганизмов, а с другой — в образовании защитной пленки из преципитатов, препятствующей ретроинфузии ионов водорода. Но КСВ выгодно отличается от других солей висмута — обладает способностью растворяться в желудочной слизи, что позволяет КСВ проникать к Нр, которые находятся под слоем желудочной слизи. Растворимость КСВ в 20–100 раз выше, по сравнению с другими висмутсодержащими препаратами [15]. Механизм действия КСВ на Нр достаточно изучен. Вследствие высокой растворимости ионы висмута проникают в слой слизи и желудочные ямки, где вызывают вакуолизацию, фрагментацию клеточной стенки бактерии, конденсацию клеточного содержимого, инактивацию ферментов (уреазы, каталазы, липазы) и нарушение метаболизма Нр, что делает ее нежизнеспособной и чувствительной к защитным иммунным механизмам макроорганизма [1]. Под влиянием КСВ бактерии теряют способность к адгезии, причем антиадгезивная активность КСВ проявляется при концентрации в 1000 раз меньшей, чем при применении других антихеликобактерных препаратов [5].

Следует отметить, что, кроме антимикробного действия, КСВ способствует снижению влияния факторов агрессии в желудочно-кишечном тракте. Это достигается благодаря повышению устойчивости СОЖ к воздействию соляной кислоты за счет укрепления мукозно-бикарбонатного барьера, а также снижения, в среднем, на 20–30% пептической активности желудочного сока вследствие образования комплексных соединений висмута с пепсином [13]. Гастропротекторное действие КСВ обусловлено стимуляцией секреции бикарбонатов и локального синтеза простагландина Е2 в слизистой оболочке антрального отдела желудка и двенадцатиперстной кишки. Это влияние сохраняется еще довольно долго после окончания приема препарата [12]. Ионы висмута способствуют нормализации системы «эпидермальный фактор роста — рецептор», что улучшает регенерацию желудочного эпителия, при этом морфологически СОЖ после терапии КСВ становится ближе к нормальной микроструктуре, чем при лечении другими средствами [25]. К преимуществам КСВ также следует отнести отсутствие резистентности штаммов Нр к препарату [9]. Это особенно актуально в настоящее время, когда наблюдается устойчивая резистентность к наиболее популярным антихеликобактерным препаратам — метронидазолу и кларитромицину.

Особенностью фармакокинетики КСВ является его низкая биодоступность. Через месяц лечения стандартными дозами концентрация висмута в плазме составляет 5-8 мкг/л. В то же время концентрация висмута в желудочном соке достигает 100 мг/л. Та незначительная часть препарата, которая всасывается, выводится из организма с калом в виде сульфида или с мочой, поэтому наличие тяжелой почечной недостаточности является противопоказанием для применения КСВ. В результате образования сульфида висмута возможно потемнение десен, языка, почернение кала. Препарат выводится из организма в течение 8 недель после завершения курса лечения. Поэтому повторный курс нельзя назначать ранее вышеуказанного срока [8].

Из-за возникновения энцефалопатии (раздражительность, нарушение слуха, головная боль, парестезии кистей рук и стоп), вызванной длительным применением больших доз препаратов висмута, в семидесятые годы эти препараты потеряли свою репутацию, что повлекло за собой запрещение применения их во Франции. Но, как показало время, это решение было поспешным. Сейчас потенциально нейротоксичным считается уровень висмута в крови, превышающий 100 мкг/л. Уровень висмута в крови ниже 50 мкг/л при длительной терапии допустим. Между этими значениями находится «пограничная зона» безопасности: показатели выше 50 мкг/л расцениваются как вызывающие тревогу, а показатели выше 100 мкг/л как потенциально токсические (Borsch G., 1988).

neyko01-1.jpg (9722 bytes)

В настоящее время в арсенале гастроэнтерологов появился новый отечественный препарат коллоидного субцитрата висмута ГАСТРО-НОРМ. Выпуск препарата налажен на АО «Галычфарм». Экспериментальные исследования доказали, что ГАСТРО-НОРМ является высокоэффективным фармакологическим средством, способствующим восстановлению защитной функции слизистой оболочки верхних отделов пищеварительного тракта и выраженным бактерицидным действием в отношении к Нр. Проведен ряд клинических исследований эффективности данного препарата в лечении заболеваний гастродуоденальный зоны как у взрослых [3], так и детей (Ю. С. Коржинский и соавт., 2001). Кроме висмутсодержащих субстанций в состав препарата входят дополнительные компоненты, которые повышают продуцирование слизи в желудке, усиливая механизмы защиты СОЖ. ГАСТРО-НОРМ за счет усиления регенерации эпителия и стимуляции кровотока в СОЖ способствует быстрому заживлению ее дефектов.

Нами проведено изучение эффективности ГАСТРО-НОРМА в составе антихеликобактерной терапии при язвенной болезни (ЯБ), хроническом гастрите (ХГ) и ГЭРБ. Всем больным проводилась фиброэзофагогастродуоденоскопия, компьютерная рН-метрия. Степень обсеменения слизистой оболочки желудка и двенадцатиперстной кишки Нр определяли с помощью уреазного теста и гистоморфологически. При изучении Нр в гистологических препаратах выделяли три степени обсеменения слизистой оболочки: слабая — до 20 микробных тел, средняя — до 50; высокая — более 50 микробных тел в поле зрения при увеличении в 400 раз. Уреазный тест оценивали так: желтое окрашивание среды — уреазный тест отрицательный (-), оранжевое — слабо положительный (+), розовое — умеренно положительный (++), красное — резко положительный (+++).

Под наблюдением находились 38 больных ЯБ (из них — 26 пациентов с язвой двенадцатиперстной кишки и 12 с язвой желудка), ассоциированной с Нр, без осложнений течения заболевания и выраженной сопутствующей патологии. Возраст больных составлял от 22 до 53 лет (29 мужчин, 9 женщин). Больным назначали антихеликобактерную терапию, которая включала ГАСТРО-НОРМ (по 120 мг 3 раза в день за 30 минут до еды и четвертый раз перед сном), амоксициллин (по 500 мг 4 раза в день после еды), фуразолидон (по 0,1 г четыре раза в день после еды). Продолжительность терапии составляла 10 дней, после этого пациенты 18 дней находились на поддерживающей терапии, основанной на применении ингибитора протонной помпы ланзопразола в дозе 30 мг два раза в день. Клиническая ремиссия наступала на 3–7 день от начала лечения. Купирование болевого синдрома наблюдалось у 97,3% пациентов, диспептические явления значительно уменьшились у 82,1% больных. У всех больных через 4 недели эндоскопически обнаруживалось рубцевание язвы. Эрадикация Нр была определена у 89,4% больных. В течение 6 месяцев ни у одного пациента не наблюдалось обострение болезни.

Обследовано и пролечено 34 больных с ЯБ в возрасте от 26 до 51 года (мужчин — 19, женщин — 15). По показателям рН-метрии пациентов разделили на две группы. Первую группу (22 пациента) составляли больные с показателями желудочной кислотности состояния гиперацидности (рН 1,40 ± 0,07) и нормацидности (рН 1,89 ± 0,06). Во вторую группу (12 пациентов) вошли пациенты, которые отвечали состоянию гипоацидности (рН 4,76 ± 1,1).

Интерес к антихеликобактерной терапии при ХГ с секреторной недостаточностью обусловлен недостаточным изучением взаимосвязи между обсеменением СОЖ Нр, процессами атрофии СОЖ и кислотопродуцирующей функцией желудка. Профессор А. Аксон (Великобритания) заявил на ІХ Объединенной Европейской неделе, что комбинация Нр и гипохлоргидрия обусловливают уменьшение витамина С в стенке желудка и рост фекальной микрофлоры в желудке, что способствует конверсии нитратов в нитриты и продуцированию потенциальных канцерогенов — N-нитрозаминов. Наряду с воспалением, это стимулирует пролиферацию эпителиоцитов, образование свободных радикалов, способных повреждать ДНК. Ряд авторов подчеркивает взаимосвязь между хеликобактерной инфекцией и антральной атрофией [27]. Отдельные работы указывают на повышение желудочной кислотности и улучшение гистологических показателей СОЖ у пациентов с атрофическим гастритом после эрадикации Нр [17]. По нашим данным после антихеликобактерной терапии (ГАСТРО-НОРМ, амоксициллин, фуразолидон) повышение желудочной кислотности наблюдалось в 66,6% случаев. Показатели рН снизились с 3,89 ± 0,9 до 2,65 ± 0,24. Нр отсутствовал — у 11 из 12 пациентов через 4 недели после лечения. Для оценки состояния процессов свободно-радикального окисления у больных определяли уровень одного из конечных продуктов перекисного окисления липидов — малонового диальдегида, который составлял 3,52 ± 0,57 нмоль/мл. После эрадикации Нр данный показатель снизился до 2,87 ± 0,34 нмоль/мл.

У больных с ХГ на основе повышенной или нормальной кислотообразующей функции применялась антихеликобактерная терапия по аналогичной схеме, как при ЯБ. Положительная динамика клинических симптомов отмечалась на первой неделе лечения. У всех пациентов купировался болевой синдром, и у 86,3% больных уменьшились диспептические явления. При морфологической оценке биоптатов отмечалось снижение воспалительного процесса СОЖ в 90,9% случаев, о чем свидетельствует уменьшение степени инфильтрации эпителия желудка и собственной пластинки плазматическими клетками. Через 4 недели после проведенной терапии эрадикация Нр наблюдалась у 20 пациентов из 22.

Проведены наблюдения за 15 больными с ГЭРБ, у которых была обнаружена хеликобактерная инфекция. Диагноз рефлюкс-эзофагита как одного из основных синдромов ГЭРБ основывался на эндоскопических критериях тяжести по классификации Savary-Millera в модификации G.Tytgat et al. (1990) и суточного мониторинга внутрипищеводного рН. В лечебном комплексе использовались схемы лечения как при ЯБ, с добавлением домперидона (по 10 мг три раза в день за 30 минут до еды и четвертый раз на ночь). Возраст пациентов был от 33 до 51 года (8 мужчин, 7 женщин). Динамику симптомов ГЭРБ оценивали через 2 недели, а эндоскопическую картину слизистой оболочки пищевода и наличие Нр — через 4 недели после окончания курса лечения. Динамика считалась положительной при снижении степени тяжести повреждений или заживления дефектов слизистой оболочки пищевода. После 2-х недель приема лечебного комплекса с включением ГАСТРО-НОРМА у большинства больных (86,7%) полностью исчезли изжога, регургитация и боль за грудиной; приблизительно у половины (40,6%) — проявления дисфагии. Уменьшение тяжести повреждений слизистой оболочки пищевода через 4 недели отмечено у 93,4% больных. Отрицательные результаты теста на наличие Нр наблюдались в 80% больных. Улучшение клинико-эндоскопической картины у пациентов было тесно связано с положительной динамикой показателей внутрипищеводной рН-метрии и эрадикацией Нр.

Все больные, принимавшие участие в исследовании препарата ГАСТРО-НОРМ, отмечали его хорошую переносимость. Переносимость препарата оценивалась по субъективным критериям пациентов и включала наличие или отсутствие неприятных ощущений со стороны различных органов и систем, появление побочных эффектов или аллергических реакций после приема препарата. Диспептические явления (незначительная тошнота, ослабление стула), наблюдаемые у некоторых больных, имели кратковременный характер и не нуждались в коррекции.

Полученные результаты использования отечественного препарата ГАСТРО-НОРМ как компонента современного комплексного лечения заболеваний органов пищеварения подтверждают высокую клиническую эффективность и положительное влияние на качество жизни пациентов с хронической воспалительной патологией желудочно-кишечного тракта, которая ассоциируема с Нр. Данный препарат занял достойное место среди аналогов зарубежных фирм. Стоимость ГАСТРО-НОРМА в среднем в 4 раза меньше, чем соответствующих препаратов КСВ иностранного производства, что будет способствовать существенному снижению стоимости лечения заболеваний, ассоциированных с хеликобактерной инфекцией. Следовательно, ГАСТРО-НОРМ можно рекомендовать как эффективное и доступное лекарственное средство в комплексной терапии заболеваний пищеварительного тракта.


Литература


   1. Аруин Л. И., Капуллер Л. Л., Исаков В. А. Морфологическая диагностика болезней желудка и кишечника.— М.: Триада-Х., 1998.— 484 с.
   2. Бабак О. Я. Необхідність впровадження заходів по боротьбі з хелікобактерною інфекцією в Україні // Журн. АМН України.— 1998.— Т. 4, № 3.— С. 508–513.
   3. Гриценко І. І., Щербиніна М. Б. Вітчизняний колоїдний субцитрат вісмуту – гастро-норм – базисний препарат у комплексному лікуванні пептичних виразок // Сучасна гастроентерологія і гепатологія.— 2001.— № 2(4).— С. 27-30.
   4. Губергриц Н. Б., Василенко И. В., Остроухова И. Н., Колесникова Л. А. Клинико-патогенетическое обоснование эффективности антихеликобактерной терапии при хроническом рецидивирующем панкреатите // Сучасна гастроентерологія і гепатологія.— 2001.— № 1.— С. 40–46.
   5. Иванников И. О. Преодоление резистентности Helicobacter pylori к антибиотикам: возможности и перспективы. В кн.: Диагностика и лечение заболеваний, ассоциированных с Helicobacter pylori // матер. ІІ Международного симпозиума (1-2 апреля 1999 г., Москва).— М., 1999.— С. 50–53.
   6. Лапина Т. Л. Современные подходы к лечению кислотозависимых и H. pylori-ассоциированных заболеваний // Клин. перспект. в гастроэнтерологии, гепатологии.— 2001.— № 1.— С. 21–26.
   7. Редькин Ю. В. Клиническая фармакология антибактериальных средств в лечении больного язвенной болезнью // Матер. 6-й сессии Российской группы по изучению Helicobacter pylori.— Омск.—1997.— С. 6–10.
   8. Рысс Е. С. Звартау Э. Э. Фармакотерапия язвенной болезни.— С-Пб.; М.: «Невский Диалект» — «Издательство БИНОМ», 1998.— 253 с.
   9. Фадеєнко Г. Д. Де-нол переборює резистентність Helicobacter pylori до антибактеріальних препаратів // Сучасна гастроентерологія і гепатологія.— 2000.— № 1.— С. 31–33.
  10. 10. Фадеенко Г. Д. Инфекция Helicobacter pylori. Принципы современного лечения // Журн. АМН України.— 1998., Т. 4, № 3.— С. 495–507.
  11. Швец Н. И., Швец О. В. Распространенность инфекции Helicobacter pylori у больных с гастродуоденальной патологией по данным 13С-мочевинного дыхательного теста // Матер. ХІV з’їзду терапевтів України.— Київ, 1998.— с. 447.
  12. Bago J., Bacula V. et al. Effects of smoking and Helicobacter pylori on prostaglandin concentrations in gastric and duodenal mucosa of patients with duodenal ulcer and duodenitis // Digestion.— 1988.— Vol. 59, № 3.— P. 82.
  13. Baron J. H., Barr J., Batten J. et al. / Аcid, pepsin and mucus secretion in patients with gastric and duodenal ulcer before and after colloidal bismuth subcitrate (De-Nol) // Gut.— 1986.— Vol. 27.— P. 486–490.
  14. Bizzozero G. Uber die schlauchformigen Drusen des Magen-Darm-Kanals und die Beziehungen hires Epithels zu dem Uberflachenepithel der Schleimhaut //Arch Mikr. Anat.— 1893.— Bd. 42.— P. 83–96.
  15. European Helicobacter pylori Study Group. Current European concept on the management of Helicobacter pylori infection. The Maastricht consensus report (12 – 13 September 1996) // EHPSG Secretariat colition.— 1996.— P. 2.
  16. Freedberg A. S., Barron L. E. The presence of spirochetes in human gastric mucosa // Am. G. Dig. Dis. 1940.— Vol. 7.— Р. 443.
  17. Haruma K., Mihara M., Okamoto E. Eradication of Helicobacter pylori increases gastric acidity in patients with atrophic gastritis of the corpus-evaluation of 24-h pH monitoring // Aliment. Pharmacol. Ther.— 1999.— Vol. 13.— Р. 155–162.
  18. Helicobacter pylori infection in patients with chronic pancreatitis and duodenal ulcer / T. Nilmann, S. Larsen, E. Mouritsen, N. Thorsguard // Scand. J. Gastroenterol.— 1997.— Vol. 32, № 12.— P. 1201–1203.
  19. Hou A. S., Chen J. J., Jin Z. P. An epidemiological survey on Helicobacter pylori infection in children // Chung Hau Liu Hsing Ping Hsuch Tsa Chih.— 1995.— Vol. 16, № 4.— P. 237–239.
  20. Kuipers E. J., Perez-Perez G. I., Meuwissen S. G. et al. Helicobacter pylori and atrophic gastritis: importance of the cagA status // J. Natl. Cancer Inst.— 1995.— Vol. 87, № 23.— P. 1777–1780.
  21. Noach L., Tytgat G. Helicobacter pylori infection. Aspects of pathogenesis and therapy.— Amsterdam, 1994.— 165 p.
  22. Oliveira A. M., Queiroz D. M., Rocha G. A., Mendes E. N. Seroprevalence of Helicobacter pylori infection in children of low socioeconomic level in Belo Horizonte, Brazil //Am. J. Gastroenterol.— 1994.— Vol 89, № 12.— P. 2201–2204.
  23. Rauws E., Tytgat G. Campylobacter pylori.— Amsterdam, 1989.— 135 p.
  24. Rohivedder D. Campylobacter pylori. New aspekte zur Pathogeneseund Therapie gastroduodenaler Erkrankungen // Therapiewoche.— 1989.— Bd. 39.— S. 101-108.
  25. Slomiany B. L., Nischikawa H., Bilski J., Slomiany A. Colloidal bismuth subcitrate inhibits peptic degradation of gastric mucus and epidermal growth factor in vitro // Am. J. Gastroenterol.— 1990.— Vol. 85.— P. 390-393.
  26. Taylor D. N., Blaser M. J. The epidemiology of Helicobacter pylori infection //Helicobacter pylori in peptic ulceration and gastritis // Ed. B. J. Marshall.— Boston: Blackwell Sci. Publ., 1991.— P. 46-54.
  27. Testoni P., Colombo., Cattani L. The serological indentification of pyloric Helicobacter in chronic gastritis with antral atrophy // J. Clin. Gastroenterol.— 1996.— Vol. 22.— P. 182-185.
  28. Weber A. F. Uber die Natur und mogliche pathologische Bedeutung von Spirillen in der Fundusdrusen von Hunden und Katzen. Berl. Munch. Tierarztl // Wschr.— 1960.— Bd. 8.— S. 141.

 

Материал предоставлен АО «Галычфарм», 79024, г. Львов, ул. Опрышковская, 6/8, тел./факс: (033) 52-84-59, 52-02-68, 52-84-98, 52-01-07.

Е-mail:marketing@halychpharm.lviv.ua

Отечественный коллоидный субцитрат висмута Гастро-Норм в комплексном лечении заболеваний органов пищеварения.
В.Е. Нейко, И.В. Сарапук, О.Р. Сарапук.
Ивано-Франковская государственная медицинская академия.

Журнал Провизор. Украина. - 2002, - №10.



Назад в раздел
Популярно о болезнях ЖКТ читайте в разделе "Пациентам"
Лекарства, применяемые при заболеваниях ЖКТ
Адреса клиник

Индекс цитирования
Логотип Исток-Системы

Информация на сайте www.gastroscan.ru предназначена для образовательных и научных целей. Условия использования.